Американский суд вновь обсуждает судьбу Виктора Бута

Во вторник утром коллегия апелляционного суда Второго округа заслушала прения сторон по делу россиянина Виктора Бута, осужденного в Нью-Йорке за сговор с целью продажи крупной партии оружия колумбийским партизанам из левацкой группировки ФАРК и отбывающего 25-летний срок в федеральной тюрьме в Иллинойсе.

Благодаря хлопотам адвоката Альберта Даяна, который защищал его на суде, Бут был недавно переведен на общий режим. Его апелляциями занимается другой защитник, родившийся в Екатеринбурге Алексей Тарасов, который перебрался в США в 1999 году с родителями в 13-летнем возрасте и проживает в Техасе.

Его мать, Ольга Тарасова, бывшая архангельская журналистка, живет в Хьюстоне и является главным редактором нескольких русских изданий, в том числе газеты "Русская Америка", в которой, по ее словам, "мы очень хорошо и много пишем о России".

Эксперты: Виктор Бут знает слишком много

Виктор Бут: от советского офицера до "торговца смертью"

Перед заседанием Тарасов сообщил вашему корреспонденту, что на днях он получил адвокатскую лицензию и в штате Нью-Йорк.

Апелляционная инстанция выделила Тарасову, который также представляет ростовчанина Константина Ярошенко, отбывающего в Нью-Джерси 20-летний срок за сговор с целью контрабанды нескольких тонн кокаина, и его оппоненту, федеральному прокурору Дэвиду Зау, всего по 10 минут.

Словарь в помощь

Облаченная в черные мантии судебная тройка, которая вошла в облицованный деревянными панелями зал ровно в 10 утра, могла заранее ознакомится с объемистыми ходатайствами сторон, поданными на протяжении этого года, и поэтому не испытывала нужды в пространных дебатах.

Тарасов выдвинул в своих ходатайствах много аргументов, но сейчас ограничился одним, гласившим, что британский гражданин Эндрю Смулян, который был главным свидетелем обвинения на трехнедельном процессе Бута, на самом деле был не его сообщником, а тайным агентом DEA, американского управления по борьбе с наркотиками, и по этой причине не мог вступить с россиянином в преступный сговор.

По закону, сговора с агентом властей быть не может.

"Никакого сговора не было!" - резюмировал адвокат.

Один из судей спросил, на чем основано утверждение Тарасова о том, что "Смулян с самого начала был тайным агентом DEA".

Адвокат ответил, что, например, следователь Уильям Браун вспоминал в документальном фильме Максима Поздоровкина и Тони Гербера о деле Бута, что, планируя, как подобраться к россиянину, в DEA остановили свой выбор на Смуляне, считая, что он "охотно станет партнером в этом сценарии".

Браун также заявил в фильме, что "мы пытались найти человека, который выведет нас на Виктора Бута, который работал с Бутом в прошлом. И участком прорыва для нас стал Эндрю Смулян".

Тарасов сверился с Оксфордским словарем английского языка по поводу значений терминов "охотно", "партнер" и "участок прорыва" и заключил, что в устах Брауна они однозначно изобличали Смуляна как давнего агента DEA. Раз так, Бут никак не мог быть с ним в сговоре.

"Ну и что? - скептически спросил один из членов судейской тройки. - DEA просто пыталось найти себе пособника. Оно всегда старается найти такого человека, чтобы подобраться к объекту"

Море скепсиса

В своем ответном слове, которое было заметно короче, чем речь адвоката, прокурор Зау заявил, что Смулян был давно знаком с Бутом и сидел в тот момент на мели. Поэтому Браун и думал, что он легко клюнет на его удочку и поможет DEA подобраться к россиянину.

Смулян был агентом-двойником, работая и на DEA, и на британскую разведку МИ-6, продолжал находчивый Тарасов. По его словам, это доказывается следующим образом: из памяти ноутбука, который нашел в Танзании сотрудник Бута и который будто бы принадлежал Смуляну, будто бы явствует, что Смулян изучал историю МИ-6.

Судья снова задал Тарасову недоверчивый вопрос. После слушания я заметил адвокату, что скептические вопросы на нем преобладали. Тарасов отреагировал флегматично и сказал, что остался доволен заседанием.

На сей раз он просил не отмены обвинительного вердикта и назначения нового суда над своим подзащитным, а лишь слушания по изложенным выше обстоятельствам. Неясно, когда стороны получат ответ от апелляционной инстанции.