«Мне не пришел в голову никто годный». Как россиянки рожают от доноров спермы

Одиноким материнством в России никого не удивишь. Сейчас же в стране постепенно растет число женщин, которым не нужны мужья и партнеры даже на этапе зачатия. Би-би-си рассказывает истории соло-мам — как они выбирают доноров, делают ЭКО на одолженные у подруги деньги и дают детям матчества вместо отчеств.

«Мужчины в моей жизни были всегда. Сказать, что я обделена была мужским вниманием, — никогда. Как говорится, за дверью пачками стояли».

Александре 42 года, она живет в Петербурге и этим летом родила двойню с помощью донорской спермы.

«Я все делаю ради любви, во имя любви и от любви. Если этого аспекта в моей жизни нет, мне вообще ничего не интересно», — так начинает рассказ о себе женщина.

В юности замужество особо Александру не интересовало. «Я видела, как подружки замуж выходят, рожают и что кроме быта они не видят ничего. А я как? Я хочу на этого отучиться, а я здесь хочу отучиться, а я хочу сюда поехать. И я понимала, что это меня будет сдерживать и ограничивать», — говорит она.

Детей Александра любила всегда, и когда сразу после школы она никуда не поступила, то пошла работать няней. За свою жизнь она помогла воспитать тринадцать детей. «Когда у людей выгорание, кто-то в лес едет, кто-то еще куда. А мне покататься на качелях с ребенком, побеситься, и все, я уже на коне», — объясняет она.

Первая любовь случилась, когда Александре было двадцать лет.

«Это настолько была сильная любовь, просто нереальная. Такая дается не всем, не каждому в жизни. Я знаю, что я ее пронесу до самого конца. Но получилось так, что не сложилось», — говорит она. Подробно рассказывать о причинах разрыва Александра не хочет. «Так хочу сказать, что он женился, но продолжал ходить ко мне. Были мы как любовники, у него чувства ко мне, у меня к нему, но он выбрал другой путь в этой жизни».

В какой-то момент после очередной встречи Александра поняла, что беременна. «И потом он приезжает ко мне, а, видимо, гормоны играют. Мы сидим, выясняем с ним отношения, встреча очень эмоциональная была, и он плакал, и я плакала». На следующий день у Александры случился выкидыш прямо на работе, в рабочем туалете. «Вот с этого периода я как в коконе, как в ракушке закрылась. То есть все мужчины для меня превратились в бесполых». Следующие четыре года у молодой женщины не было отношений в принципе. «Настолько я не могла к своему телу подпустить мужчину», — объясняет она.

Постепенно боль отпустила, у Александры начались знакомства, встречи и новые отношения. Она рассказывает, что восемь раз получала предложения о замужестве, но неизменно отказывалась. «Поскольку я все делаю от любви, ради любви, во имя любви, не могу я по расчету. Даже если дети будут накормлены и попа прикрыта», — объясняет женщина.

В следующий раз Александра влюбилась лишь спустя десять лет после потери беременности. Ей было уже за тридцать. «Человек красиво ухаживал, говорил, как я ему дорога, что он хотел бы со мной быт, семью, детей. До этого я никогда в жизни не жила на одной территории с парнем, я, наверное, очень особенный человек в этом плане. Я такая: вау, прикольно, столько лет прошло, и вот оно наконец-то все-таки наступило», — рассказывает она.

Пара действительно съехалась, но прожили они вместе всего три месяца.

«То ли он с бывшей девушкой гульнул, то ли где-то еще. Я не знаю. Как говорится, свечку не держала, за руку не ловила. Но он меня заразил венерическим, извините, заболеванием. И все. У меня опять бах, как говорится, забрало упало», — объясняет она.

Следующие несколько лет Александра знакомилась с мужчинами на сайтах знакомств, ходила на свидания и даже на «мотовыставки и автомобильные выставки» в надежде найти любовь. «Но в какой-то момент я поняла, что, возможно, в этой жизни, в этом воплощении ну не суждено мне встретить, как говорится, вторую половинку. Так что теперь, ждать этого пресловутого принца? А годы идут. И на период, наверное, 37 лет в моем окружении стали появляться подруги, знакомые, кто родили при помощи ЭКО».

Россиянки чаще интересуются альтернативными формами зачатия

Весной этого года телеграм-канал Baza сообщил, что спрос в России на ЭКО и внутриматочную инсеминацию за последние четыре года якобы вырос на 40–50% и на положительную динамику повлияли «соло-мамы» — иначе говоря, матери-одиночки.

Источники этих данных Baza не указала. Заявление канала не подтверждается статистикой Российской ассоциации репродукции человека (РАРЧ). Ассоциация собирает отчеты от репродуктивных клиник уже больше тридцати лет. Подача данных добровольная — в 2024 году, например, отчеты прислали 228 клиник со всей России (долю недополученных сведений сама ассоциация оценивала в 15-20%). Число вспомогательных репродуктивных процедур действительно растет, но куда скромнее, в среднем на 5% в год.

Сведений именно об одиноких женщинах ассоциация отдельно не запрашивает. По статистике РАРЧ, число процедур с донорской спермой остается стабильным. Но ассоциация учитывает все использование донорской спермы разом — не только одинокими женщинами, но и парами с проблемами у мужчин.

Часто статистику не собирают и сами клиники, даже те, где есть собственные банки доноров. Например, пресс-секретарь крупной сети «Мать и дитя» ответила Би-би-си, что они в принципе не отслеживают динамику спроса на донорскую сперму.

При этом по данным московской клиники «Альтравита», в нее действительно стали чаще обращаться женщины без партнера, которые рассматривают программы с донорской спермой. «Это не резкий всплеск, а устойчивый тренд последних лет. В среднем число таких случаев увеличивается примерно на 10% в год, — уточнил представитель клиники. — Чаще всего это взвешенное решение. Такие пациентки приходят подготовленными, задают конкретные вопросы — не только по медицинской части, но и по юридическим и организационным моментам».

В «Яндексе» запросов «донорская сперма» по России было 26,7 тысячи в 2020 году и 37 тысяч в 2025-м, то есть их стало на 38% больше. Запросов «ЭКО одинокой женщине» стало больше на 61% (с 8,7 до 14,1 тысячи), «ЭКО без мужа» — на 39% (с 5,7 до 7,9 тысячи).

Некоторые женщины рассказывают о своем опыте открыто: например, Дарья Байбакова, в прошлом директор благотворительной организации «Ночлежка», а сейчас глава «Невидимого фонда», помогающего бездомным женщинам. Своей дочери Марусе она дала матчество — Дарьевна.

«Ждите»

Елизавета из Петербурга (имя изменено по просьбе героини), также родившая сына благодаря донорской сперме, вообще-то много лет до этого планировала взять ребенка под опеку.

Ее старший сын родился самым обыкновенным образом, в браке. Сейчас, уже после развода родителей, он проводит с отцом половину времени.

О втором малыше Елизавета задумалась еще когда кормила старшего грудью, и сразу захотела именно приемного ребенка. «У меня было много молока, у меня легко получалось [кормить], и я на окситоцине [гормон, часто называют „гормоном любви, объятий и доверия“] думала, что бедные дети, которых никто не берет на ручки, не кормят [грудью]», — рассказывала она.

Взять под опеку ребенка тогда было невозможно: «Муж вообще не понял эту тему, она ему оказалась совсем не близка». К тому же «очень была геморройная жизнь».

«Я вышла из декрета, работала, муж тоже работал на двух работах. Ребенком полностью занималась я, в полтора года я его отдала в ясли, сначала на неполный день. Еще у мужа был стартап, который жрал его остальное время. И, в общем, не получалось с ним нормально про это поговорить, потому что были очень сильно *** [замученные]», — вспоминает она эти годы. Денег семье хватало только на аренду квартиры и повседневные расходы. На этом фоне Елизавета поступила в магистратуру, не бросая работу на полный день.

«И тут я уже чуть окончательно не *** [сошла с ума], — рассказывает женщина. — Но думала, что два года я сейчас понапрягаюсь, достигну чего-то в образовании, на работе как-то продвинусь. И после этого я смогу завести ребенка».

Вместо этого Елизавету ждал развод: «Муж просто не выдержал жизни в таких условиях».

«Я начала думать: ну ладно, раз этот муж все равно не хотел второго ребенка, он отвалился. Все к лучшему. Тогда я заведу ребенка как я хочу», — рассказывает женщина. Именно с мыслями о приемном ребенке Елизавета получила официальный развод и решилась взять ипотеку, чтобы у нее было собственное жилье.

Новый партнер женщины тоже не хотел думать ни о каком приемном ребенке, и своих тоже не хотел в ближайшие годы. «Но я подумала, что и не факт, что эти отношения надолго. Я ничего не стала сворачивать», — объясняет она.

В 2024 году она начала собирать документы на усыновление. В опеке, по словам Елизаветы, ей с порога сказали: «Куда вы претесь, женщина? Вы вообще себе не представляете, это дети бомжей, проституток и наркоманов. Поверьте, вам это не нужно. Вы сломаете жизнь себе и своему старшему сыну».

Елизавета закончила школу приемных родителей и прошла социально-психологическое обследование, длившееся три месяца. Однако она получила отказ — в результате одного из тестов, по ее оценке, «лженаучного и тупейшего», ей написали в заключении, что у нее пониженная эмпатия. «Надо было ответить, что я верю в интуицию и доверяю своему сердцу больше доводам рациональности. У меня были слишком рациональные ответы», — объясняет она.

«В моей группе положительное заключение дали только двоим, у кого дети уже были дома, то есть прохождение процедур опека считала скорее формальностью, но и тем потрепали нервы», — говорит она.

По негласному правилу ко второй попытке получить положительное заключение можно приступать не раньше чем через полгода. Новое социально-психологическое обследование заняло еще три месяца. На второй раз Елизавета уже знала, как нужно отвечать, и к тому же принесла психологу, писавшей заключение, справку от платного психолога, что у нее с эмпатией все в порядке. «Согласно такому-то документу у гражданки нет сниженной эмпатии», — шутит женщина. Психолог опеки выдала положительное заключение.

Дальше Елизавета взяла отпуск, чтобы пройти положенные медицинские обследования. Все необходимые справки она принесла в органы опеки.

«Руководитель сказал, мол, у нас сейчас нет специалиста, который этим занимается, поэтому давайте документы и ждите. Потом я ему звонила, он говорил: у вас еще тут непонятная какая-то справка о доходах, самозанятость это вообще что такое, где официальное место работы? Я ему доказывала, что нет, доход самозанятого имеет такой же статус. В следующий раз он спросил: что это у вас университет какой-то странный был, негосударственный? Дальше он сказал: принесите мне справку о том, что вы не меняли пол», — пересказывает она.

Последним требованием директора опеки стало выписать ее бывшего молодого человека, к тому моменту жившего в Сербии, из ее квартиры. Сделать это удаленно через консульство не получилось, поэтому мужчина только ради этого специально прилетел в Россию и после выписки отдельно зашел в опеку и дал расписку, что он снялся с регистрации.

Однако Елизавета услышала все тот же ответ: «Ждите».

Ей было уже ближе к сорока. Из научно-популярных статей Елизавета знала, что это возраст, когда женская фертильность начинает снижаться.

«Тут я не выдержала. Короче, решила проверить вариант Б», — говорит она.

«В России ни одного варианта не было»

«Саш, поскольку ты не хочешь сближения, но хочешь ребенка, ну, сходи куда-нибудь покуражиться, выпить. Клуб, не клуб. Пошли! Опа! И все», — пересказывает Александра разговоры с подругами.

«Во-первых, для меня это неприемлемо. Но даже если типа ради ребенка переморщиться, девочки, где вероятность того, что я получу беременность? Некоторые люди годами пробуют, даже семейные пары, и у них не получается. А вы, говорю, как в фильмах: один раз переспали, и она забеременела. В худшем случае я принесу какой-нибудь венерический букет, а в моей жизни это было уже разок, хватило за глаза», — объясняет Александра.

Елизавета рассказывает, что когда она после неудачи с опекой решила родить, она сначала подумала о том, чтобы найти заинтересованного в родительстве мужчину.

Сама оценивает свои требования к потенциальному отцу ребенка как высокие. «Чтобы он был ценностно симпатичный, деятельный, не тот, который сидит на диване. Чтобы он был достаточно адекватным, взвешенным и не мог принять какие-то импульсивные плохие решения. Я по опыту первого ребенка знаю, что ребенок — это очень много переговоров и компромиссов со вторым родителем», — объясняет она.

— И у вас не получилось подобрать человека, который бы согласился стать вторым родителем?

— Мне не пришел в голову никто годный, честно говоря. В теории есть такие люди, но теперь есть серьезный барьер в виде границы. И понятно, что выращивать ребенка через границу невозможно.

— Что значит через границу? Вы имеете в виду, что они уехали?

— Не все люди, а конкретно те люди, которые мне симпатичны. В России ни одного варианта не было.

«Большие ямочки на щеках и видные темные брови»

По российским законам никаких ограничений на доступ к донорской сперме нет. «Любая женщина может прийти и сказать, что у меня нет полового партнера, соответственно, я нуждаюсь в донорской сперме», — говорит медицинский адвокат Дмитрий Бартенев.

Донор может быть анонимным — это наиболее распространенная ситуация. Это мужчина до 35 лет, который успешно прошел многочисленные обследования: спермограммы, анализы крови и мочи, расширенное генетическое тестирование, принес справку из ПНД, флюорографию и прошел собеседование с психологом. Анализы на ВИЧ и другие заболевания, передающиеся половым путем, сдаются неоднократно, и на это время сперма выдерживается в карантине.

По закону возможно и не анонимное донорство: женщина может привести знакомого мужчину, но ему предстоит пройти абсолютно те же процедуры и достичь тех же требуемых показателей. «Просто привести своего друга и сказать: я хочу, чтобы он стал донором, мало», — объясняет Дмитрий Бартенев.

Главная юридическая особенность донорства — у мужчины, который по документам является донором, не возникает никаких отцовских прав и обязанностей. Женщина не вправе требовать от мужчины участия в воспитании ребенка, а мужчина, в свою очередь, не вправе на нем настаивать, даже люди хорошо знакомы между собой. «Договориться при этом они между собой, естественно, могут как хотят, ради бога, — уточняет Бартенев. — Но формально донор это человек, который не приобретает родительских прав и обязанностей».

У крупных репродуктивных клиник в России есть свои банки спермы, также в городах страны работают независимые криобанки, биоматериал из которых можно купить и доставить в любую клинику.

У многих криобанков анкеты анонимных доноров лежат онлайн в открытом доступе. К каждой приложена детская фотография, а в характеристиках попадаются описания вроде «Самый серьезный спецэффект этого донора — большие ямочки на щеках и видные темные брови» или «Очень трепетно относится к своей бабушке, которая много участвует в его жизни».

Чаще всего в анкетах указаны национальность, рост, вес, цвет волос и глаз, группа крови и резус-фактор, вероисповедание, образование и профессия. Где-то указывается, есть ли у донора веснушки, где-то можно услышать запись его голоса.

Доноры могут также по желанию ответить на дополнительную анкету о себе. Порой тексты получаются исповедального накала. На вопрос клиники «Чем в жизни Вы гордитесь больше всего и почему?» молодой мужчина отвечает: «Я горжусь тем, что не стал наподобие своего отца».

На вопрос о мотивации доноры часто отвечают коротко: деньги (в месяц можно зарабатывать от тридцати до семидесяти тысяч в зависимости от региона). Еще одна частая причина — помощь бездетным людям.

Александра рассказывает, что выбирала донора по анкетам с соответствии со своими вкусами во внешности: «Я просто люблю чернявеньких мужчин. Армяне, грузины. И я точно понимала, что хочется прямо темненького. Второй момент, так как я ростом сама, как говорится, полтора вершка, мне хотелось, чтобы папа был высокого роста. И когда я листала, получается, эту базу, все не то. Ты смотришь, и ты понимаешь, что не мое, не мое, не мое. И в какой-то момент пролистала, а там на меня смотрит, боже, какая красота! Чекурявые волосы, черненький, у меня вот тут родинка, и у него тут родинка. Читаю: один метр 83 сантиметра, армянин, осетин, авиаконструктор и знает больше четырех языков. И я: вау, все».

«Если не получится, я за этим навряд ли еще приду»

Обычно все начинают с внутриматочной инсеминации — это простая и недорогая процедура. Если несколько попыток не приводят к успеху, переходят к процедуре ЭКО.

По российским законам одинокая женщина может пройти процедуру ЭКО по собственному желанию. По медицинским показаниям — при диагнозе «бесплодие» — ЭКО можно сделать бесплатно по полису ОМС, но только если анализы женщины при этом соответствуют определенным критериям.

Путь Александры и Елизаветы к материнству, несмотря на то, что они близки по возрасту и обе воспользовались донорской спермой, был очень разным.

«Быстро погуглила, выбрала, оплатила, заказала в клинику и сделала попытку забеременеть. И сразу забеременела», — суммирует свой опыт Елизавета. От первого поиска в интернете до положительного теста прошло месяца два. Все вместе, включая консультации врачей, обошлось в пятьдесят тысяч рублей.

У Александры на это ушло почти пять лет и сотни тысяч рублей. Как оказалось, по анализам она уже не подходила для ЭКО по ОМС. Денег не было: до этого она взяла в ипотеку квартиру в черновой отделке и в ней предстояло делать ремонт. Помочь предложила подруга, бессрочно одолжив деньги. «Я никогда не была одна, у меня настолько великая и большая группа поддержки в виде моих друзей. Я считаю, что это самое мое огромное достижение в жизни», — говорит об этом Александра.

В протокол ЭКО она вступила в 38 лет. На предимплантационной диагностике у первого эмбриона выявили синдром Дауна. Следующий эмбрион не прижился — беременность даже не наступила. Александре сделали второй перенос эмбриона. Беременности вновь не было. Дальше женщину отправили на три диагностические операции. Все это заняло время.

«По здоровью все замечательно, прекрасно все, — рассказывает Александра о результатах операций. — Но психологически уже не вывожу, мне нужна передышка».

Пока Александра восстанавливалась и приходила в себя, из декрета вышла врач, у которой ЭКО успешно сделала ее подруга. Александре был уже 41 год, у нее оставалось два замороженных эмбриона. Беременность двойней — это всегда высокие риски в процессе вынашивания, но Александра настояла в разговоре с врачом, чтобы перенесли сразу оба: «Я говорю: вы понимаете, если не получится, я за этим навряд ли еще приду». На новогодних праздниках 2026 года беременность подтвердилась.

Как в России относятся к материнству без партнера

Хотя Baza не указала источники данных о росте числа процедур искусственного оплодотворения на 40–50%, на ее сообщение отреагировали в Госдуме.

Председатель комитета Госдумы по защите семьи, вопросам отцовства, материнства и детства Нина Останина заявила, что очень негативно относится к тренду на «соло-материнство». «Лучше бы эти женщины посмотрели на наших военных и нашли бы возможность контактировать с ними, поддержать, дождаться. Спецоперация вырвала сегодня из жизни ребят репродуктивного возраста. Так что это не очень женское поведение. Мне кажется, что это отступление от наших традиций — родить ребенка с помощью ЭКО и воспитывать его без отца», — сказала она.

Несмотря на то, что депутат Госдумы клеймит соло-материнство как «отступление от традиций», социологи давно говорят о том, что на деле в России одинокое материнство из «отклонения» превратилось в обычную и нормализованную форму семьи.

Одно из ключевых исследований этого феномена — вышедшая в 2015 году книга американского социолога Дженнифер Утраты «Женщины без мужчин. Одинокие матери и семейная революция в новой России» (Women without Men: Single Mothers and Family Change in the New Russia, на русский не переведена).

Одинокое материнство, которое в других странах часто считают социальной проблемой, стало в новой России чем-то само собой разумеющимся. Оно давно не воспринимается как трагедия, и некоторые одинокие матери даже считают, что у замужних женщин жизнь тяжелее.

Часто полноценный партнер для матери это не отец ребенка и не государство, а ее собственная мать. Женские домохозяйства с бабушкой, помогающей с детьми, деньгами и жильем, Утрата называет столь же распространенной формой российской семьи, как и «классическая» нуклеарная семья.

И Александра, и Елизавета рассказывают, что и сами выросли без отцов. Но это не универсальная закономерность: например, главе «Невидимого фонда» Дарье Байбаковой с воспитанием дочери очень помогает ее собственный папа.

При этом Дженнифер Утрата в своем исследовании отмечает, что одинокие матери на деле не обязательно отличаются от других матерей, поскольку российские мужчины обычно мало участвуют в домашних делах.

«Ведь не всегда мужчина рядом. Он в основном, а особенно когда наступает беременность, постоянно на работе. И зачастую смотришь на семьи, мужчина вроде в семье есть, но как бы по факту его и нет», — рассуждает Александра.

Старший сын Елизаветы, уже подросший, новости о беременности мамы обрадовался. Вопросов о папе братика он не задавал. Многочисленные знакомые тоже вопросов не задают. «Не принято у людей про это спрашивать. Но тем, кто осмелится, я отвечаю, как есть. Честно не считаю, что нужно это умалчивать, что в этом есть что-то постыдное», — объясняет Елизавета.

«Поскольку я готовилась к приемному ребенку, я готовилась, что это будет тяжелый опыт. И психологически тоже подготавливала себя, что будет прямо тяжело, на пределе возможностей. После этого родить ребенка, у которого сейчас вообще идеальное развитие, спокойный характер — это абсолютный лайт», — добавляет она.

Александра родила девочек-близнецов преждевременно, на восьмом месяце беременности. Первый месяц малышки провели в роддоме, потом их выписали домой.

«Мне все говорят: как ты решилась, Господи, пятый десяток, партнера нету, квартира в ипотеку. А у меня даже намека на страх не было, я даже не думала о том, что мне страшно. Ощущение, что это следующий определенный этап, по которому мы сейчас идем», — говорит она.

Своим дочерям Александра тоже дала матчество: они Александровны.